Триединая модель мозга и эмоциональные проблемы управления

А.Л. Потеряхин

Триединая модель мозга и эмоциональные проблемы управления

 Исследования источников эмоций или аффектов в конце прошлого столетия позволили американскому ученому Полу Маклину выдвинуть теорию «триединого мозга (или разума)» человека. Согласно этой теории мозг в процессе своей эволюции прошел несколько стадий, которые наслаивались одна на другую. Интересно, что рост мозга у человеческого эмбриона в грубом приближении повторяет этот эволюционный процесс. Сегодня в структуре мозга человека можно выделить три основных составляющих.

Первая из этих составляющих – примитивный разум, унаследованный от рептилий или рептильный разум (ретикулярная формация, подкорковые узлы и средний мозг). Это наиболее древняя из всех структур. Этот первичный мозг управляет главными жизненными функциями, например дыханием, метаболизмом остальных органов тела, а также стереотипными реакциями и движениями. Он управляет такими базовыми формами инстинктивного поведения как репродукция (спаривание), агрессия, инстинктивная защита своей территории. Эта часть человеческого мозга, как отмечает А. Чаудхури [1], определяет любовь к охоте, сексуальные предпочтения. Унаследованными от наших эволюционных предков является борьба за власть, следование привычным шаблонам, имитация, поклонение прецедентам, обман. У наших эволюционных предков рептилий мы унаследовали механизмы установления социальной иерархии, именно эта составляющая мозга влияет на наш выбор лидеров, борьбу за статус в иерархии, условия взаимного подчинения.

А. Чаудхури отмечает схожесть процессов определения, маркировки и защиты своей территории у рептилий и людей. Эти врожденные формы поведения уходят корнями очень глубоко. Борьба за территорию может выражаться и в свойственной людям борьбе за доминирование. П. Маклин указывает, что ящерицы на своей территории имеет преимущество над более крупным противником, так как «играет на своей площадке», так же как и политик уверен в том, что победит в своем родном штате. «Свойственная людям, животным и рептилиям борьба за территорию, – пишет А. Чаудхури, — особенно важна в том смысле, что обладание территорией – это первый необходимый шаг к успеху в процессах ухаживания, спаривания и размножения. Владеющий собственной территорией индивид имеет бесспорное преимущество в поисках партнера и образовании семьи. Таким образом, эти формы поведения являются необычайно важными для сохранения и поддержания вида. Следовательно, уже при рождении (а не в результате процесса социализации) мы запрограммированы заботиться о своём  личном «пространстве». Дети, которым ничего не объясняли или объясняли мало, также пытаются обозначить свою территорию. На протяжении всей жизни мы устанавливаем территориальные границы в наших домах, на работе, и затем бдительно охраняем их!» [1, С. 40].

С точки зрения диагностики (самодиагностики) проблем управленческой деятельности важно рассмотреть описанные П. Маклином шесть основных типов базового поведения рептилий. Эти типы их поведения находят отражение и в поведении людей. Поразительно, что эти типы поведения,  являющиеся результатом импульсов, исходящих от рептильного мозга, возвращают нас на миллионы лет назад к рептилиям (терапсидам), населявшим нашу планету в триасовый период (задолго до появления динозавров).

1. Рутинное поведение. Оно характеризуется однообразием и упорядоченностью действий во времени. Это основные действия, выполняемые в течение дня: сон, пробуждение, купание и т.п. Они возникают как последствие состоявшегося прецедента. «Если какое-либо действие было расценено особью как приемлемое, значит имел место прецедент, в результате чего устанавливается «подпрограмма» действий. Согласно имеющимся наблюдениям, более молодые особи следуют порядку, установленному более опытными рептилиями. Когда такие действия становятся жестко закрепленными во времени и пространстве, они превращаются в ритуал. Рептилии (и люди?!) – рабы рутинных действий, прецедентов и ритуалов. Это «поклонение» прецеденту может иметь важнейшее значение для выживания особи и вида, например, идя на работу, мы в целях безопасности выбираем знакомую дорогу» [1, С. 36 — 37]. Схемы рутинных действий могут даже передаваться от поколения к поколению.

Представления о рутинном поведении сегодня активно используются в маркетинге. Как отмечает А. Чаудхури, формирование товарного бренда по сути сводится к созданию прецедента покупки и превращению покупки товара именно этой марки в рутинное действие.

2. Изопрактическое поведение. Это тип поведения, при котором особи действуют похожим образом. П. Маклин пишет: «Если две ящерицы-самца одного вида реагируют друг на друга агрессивно и демонстрируют вызов, они по существу демонстрируют изопрактическое поведение, то есть ведет себя схожим образом» [цит. по 1, С. 37]. Групповое и массовое изопрактическое поведение у людей представлено очень широко: митинги, поведение толпы, массовое следование определенным стилям одежды (мода), распространение различных увлечений, коллекционирование и т.п.

Только склонностью к изопрактическому поведению можно объяснить поведение толпы, которое привело к трагедии в Минске 30 мая 1999 года. В теплый воскресный день на массовое гуляние по случаю двухлетия радиостанции «Мир» и презентационной акции пивзавода «Оливария» собралась почти 3-тысячная толпа молодежи. Внезапно началась гроза, за несколько минут потемнело небо, и начался сначала сильный дождь, а потом и град. Народ хлынут в ближайшую станцию метро «Немига». В переходе образовалась давка, в которой за 10 – 15 минут погибло 52 человека, из них 44  — молодые девушки в возрасте до 20 лет. Как правило, жертвы падали и были затоптаны, раздавлены толпой. Трагедия поражает своей нелепостью. Ведь людям, которые бежали в метро, реально ничего не угрожало, кроме перспективы намокнуть под дождем.

3. Тропистическое поведение. Этот тип поведения получил название от понятия «тропизм», которым в биологии обозначают явление, когда растение поворачивается вслед за перемещением солнца. Такое поведение животных и человека можно рассматривать как воспроизведение определенных программ  (устойчивых моделей) поведения в связи с конкретными внешними раздражителями (невербальными сигналами, цветами, движениями). Здесь речь идет о поведении человека как такового, а не об усвоенных в определенной культурной среде стереотипах поведения.

4. Повторение. П. Маклин определяет его как многократное осуществление определенного действия.

5. Проигрывание. В формулировке создателя концепции проигрывание определяется как «повторение определенных действий, некоторое количество которых соотносится друг с другом многозначно» [цит. по 1, С. 39]. Люди проигрывают определенную последовательность действий в временные интервалы, которые варьируются от нескольких дней до нескольких лет. Таким проигрыванием являются юбилей, дни рождения, день матери и т.д.

6. Обманное поведение. У животных оно играет важную роль в выживании. Обман у людей также не всегда обусловлен рациональными соображениями. Достаточно часто он предстает именно как инстинктивно обусловленное обманное поведение.

Доказано, что апелляция к «рептильному мозгу» в процессе психологического воздействия на человека существенно увеличивает его эффективность. Например, соответствующие рекламные тексты увеличивают эмоциональных откликов не рекламные объявления.

Вторая составляющая, которую условно называют эмоциональный разум (лимбическая система), унаследована нами от древних млекопитающих. Эмоциональный мозг существовал задолго до того, как появился мозг рациональный. В древние времена обоняние, различение запахов имело первостепенную важность для выживания: именно запахи сигнализировали о съедобности или ядовитости пищи, сексуальной привлекательности полового партнера, приближении хищника или добычи. Поэтому первичные центры эмоций начали развиваться из обонятельной доли головного мозга.

Эта составляющая мозга управляет просоциальным поведением, обеспечивающим сохранение биологического вида, и агностическим поведением, обеспечивающим выживание индивида. Её развитие сыграло решающую роль в эволюции структур мозга, оно явилось результатом перехода к новым формам поведения, связанным с вскармливанием потомства, материнской заботой и воспитанием. Лимбическая система оперирует в области эмоций и чувств, которые связаны с поведенческими формами, отвечающими за сохранение вида.

Как отмечает Д. Гоулман [2], лимбическая система усовершенствовала два мощных механизма: научение и память. Такого рода изменения делали животное более сообразительным при выборе варианта поведения и помогали ему тоньше отрегулировать свои реакции, чтобы приспосабливаться к  меняющимся потребностям вместо автоматического проявления реакций.

Формации мозга, унаследованные от рептилий и древних млекопитающих, играют более важную роль в невербальной коммуникации и поведении.

Третья наиболее молодая составляющая – рациональный разум, унаследован от более поздних млекопитающих (неокортекс и таламические структуры). Примерно 100 млн. лет назад произошел резкий скачек в развитии мозга млекопитающих. Поверх тонкого двухслойного кортекса (то есть коры головного мозга) образовалось несколько слоев мозговых клеток, в результате чего сформировался неокортекс, который давал невероятное преимущество в интеллектуальном отношении. Неокортекс человека, намного больший по размеру, чем у остальных видов, привнес все то, что присуще именно человеку.

В нем находятся центры, где объединяется и осознается информация, поступающая от органов чувств. Его основные функции лежат в сфере когнитивной обработки информации на более высоком уровне, включая вербальную коммуникацию, комплексное обучение и память, решение проблем. Несомненное преимущество неокортекса состоит в способности вырабатывать стратегию, осуществлять долгосрочное планирование. Эта составляющая мозга отвечает за творчество, передачу информации, сохранение мысленных образов, культуру.

Неокортекс человеческого мозга позволяет выразить внутренние состояния (эмоции, чувства) вербальными средствами, используя формализованный язык или любой другой способ символической коммуникации, где для выражения смысла применяется система определенных правил. «Благодаря неокортексу к чувству добавляются размышления по поводу этого чувства, и в добавок мы приобретаем способность переживать в связи с восприятием идей, искусства, символов и мысленных образов» [2, С. 29]. Кроме того, как подчеркивает Д. Гоулман, неокортекс допускает утонченную и сложную эмоциональную жизнь, например способность переживать по поводу своих переживаний. Мы способны проявлять гораздо более широкий спектр реакций на свои эмоции и обнаруживать при этом больше нюансов, чем наши ближайшие эволюционные «родственники» приматы.

Но не всегда рациональный разум управляет эмоциональной жизнью. В тяжелых ситуациях, вызывающих крайнее душевное волнение, он уступает руководство лимбической системе (эмоциональному разуму). «Поскольку очень многие высшие центры мозга выросли из лимбической зоны или вышли за ее пределы, эмоциональный мозг израет решающую роль в структуре нервной системы. Являя собой корень, от которого рос новый мозг, эмоциональные области сплетены со всеми отделами неокортекса мириадами соединительных цепей. Это дает эмоциональным центрам безграничные возможности влиять на функционирование остального мозга, включая его центры мышления» [2, С. 31].

Эти составляющие структуры мозга взаимодействуют и образуют единое целое, систему. П. Д. Маклин пишет: «…Мозг человека развивался и увеличивался до своего нынешнего объёма, объединив в себе особенности трех основных эволюционных формаций, унаследованных нами от рептилий, древних и более поздних млекопитающих. В корне разные по своей химии и структуре и в эволюционном смысле разделенные бесчисленным числом поколений, три зоны скопления нейронов составляют иерархию «трех разумов в одном», — «триединый» мозг… эти три эволюционных формации могут быть представлены как три взаимосвязанных биологических компьютера, каждый из которых имеет свой особый интеллект, свою собственную индивидуальность, собственное чувство времени и пространства, собственную память и другие функции… Если эти три формации представить в виде сцепленных структур, функционирующих совместно как «триединый» мозг, становится очевидным, что они не могут быть абсолютно автономными. Однако нельзя отрицать, что они в определенной степени способны действовать независимо…» [цит. по 1, С. 33].

Таким образом инстинктивные реакции, эмоции и мыслительная деятельность, несмотря на то, что они дополняют друг друга, могут проявляться независимо, поскольку они являются порождением различных структур мозга.

Литература:

  1. Чаудхури А. Эмоции и рассудок. Их влияние на поведение потребителя/ Пер. с англ. Дутовой О.Б. – М.: ООО «Группа ИДТ», 2007. – 256 с.
  2. Гоулман Д. Эмоциональный интеллект / Пер. с англ. А.П. Исаевой. – М.: АСТ: АСТ МОСКВА: ХРАНИТЕЛЬ, 2008. – 478 с.

Вам также может понравиться ...

1 комментарий

  1. Thanks for ones marvelous posting! I genuinely enjoyed reading it, you might be a great author.I will always bookmark your blog and definitely will come back sometime soon. I want to encourage you to continue your great work, have a nice afternoon!|

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *